• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
15:32 

мятежный директор бани
23.11.2014 в 12:32
Пишет Злата:

Говорят, что это чудо где-то у нас на Университетском. Кто видел? Кто знает?



URL записи

04:28 

мятежный директор бани
Догадывайся

С раннего детства пронзила меня
жалость к смертным созданиям, с раннего детства
душа только и делала, что залезала под шкуры чужие
и там, в ослепительной тьме, находила себя,
нищую, голую, беззащитную, глупую и дрожащую,
а под собственной шкурой – других,
невесть откуда в нее залезавших,
немых и беспомощных, ослепленных, парализованных тьмой.
Эй, приглядись, – бормотал кто-то сильный,
самоуверенный с виду, – внимательней приглядись
и о страхе моем и о слабости догадайся,
прошу, догадайся…
О, посмотри! – умолял первостатейный слабак, –
пристально посмотри – я не такой, какой есть, –
сильный я, страшно сильный, ну, видишь?! –
силу мою догадкой можно расколдовать,
только догадкой – прошу, догадайся!
Эх, вот бы кто-нибудь догадался, что я не гад, –
шептал, озираясь, подонок, хищный мерзавец, –
вот я бы и стал хорошим, а может даже святым,
полюбил бы кого-то и раз бы в жизни правду сказал,
не гад я, не гад, только кто-нибудь догадался бы…

С раннего детства мне велено ползать в ослепительной тьме
и о свете догадываться

(с)

22:42 

вот да

мятежный директор бани
14.11.2014 в 00:20
Пишет Ниротэн:

Скучный жук.
Однажды человек поймал жука. Жук смешно ползал. Человек оторвал ему лапку, и жук заползал ещё смешнее. Тогда он оторвал жуку все лапки, но жук не стал ползать совсем, а только лежал, усталый.
— Ты очень скучный! — сказал он тогда жуку.
— Это не так, — ответил жук, — просто у меня не осталось ног.
— Причину всегда можно найти! Оглянись, мир полон любви!
— Это — да, — согласился жук.

(с)

URL записи

17:52 

"...Даже если ночью бредил, всё про ноги говорил..." (с)

мятежный директор бани
30.10.2014 в 01:03
Пишет Скрёб-поскрёб:

Ноги
Мне 21 год, аспирант, живу в Москве. Не так давно стал часто ездить на дачу, так как ее наконец достроили. Вокруг одни старики живут — СНТ строилось для ветеранов войны, участки раздали именно им, а из тех, кому раздали, в живых уже почти не осталось никого. И их дети уже тоже внуков нянчат, но осенью детей там почти нет — школа и все такое. Только старики и остаются. Меня там полюбили местные, так как руки из правильного места, и помочь не отказываюсь. За это мне таскают вкусненькое вроде домашних блинов или свежих овощей с огородов (свой не имею, ибо лень им заниматься, растет только лук и хрен). Еще грибы собирать люблю, самые обычные — съедобные, ну и ягоды с орехами в лесу. Вообще, лес люблю, наверное, из-за него и езжу на дачу.

читать дальше

URL записи

00:53 

мятежный директор бани
04:03 

мятежный директор бани

01:26 

Колыбельная для свинки

мятежный директор бани
есть поросёнок на дальнем востоке
спи, моя свинка, спи
цветом неярок, и рост невысокий
спи, легконогая, спи

В том поросёнке десять отличий
от остальных, что родила мать
А в остальном поросёнок обычный
если не очень рассматривать.

Он себе домик сложил из ракушек
спи, моя свинка, спи
В нём поит чаем утят и пастушек
спи, моя милая, спи

Даже окраска его не простая:
Ушки зелёные с чёрной каймой
Так мало того, он ещё и летает
В лунные ночи, летней порой.

Черные крылья к ночи расправятся
съёжатся тормоза.
Мы ведь условились сильно не пялиться
- отведите глаза.

Стоит дождаться сегодня заката -
будет закат багров
В небе непросто летать поросятам
с крыльями без тормозов.

И потому он недобро щурится
ищет со зла, кого бы обидеть
ни рыба ни мясо, ни птица ни курица
лучше заснуть и такого не видеть.

лучше зарыться в душистое сено
спрятаться в свой авось
лишь бы со свином необыкновенным
встретиться не пришлось

нам по душе поросята простые
а такие нас бесят.
ну пять отличий, ну шесть, ну четыре,
но уж никак не десять!..

вот например один пробегает -
жёлтый, два хвостика сзади.
всего два отличия, с кем не бывает,
самое то для свадьбы!

захомутай, обменяйся подковами,
и приступай к продолжению племени...
...Ах, что за свинья пошла бестолковая,
уже заснула, ну как не ко времени!

(с)
запись создана: 24.04.2013 в 02:07

@темы: прекрасное

00:26 

мятежный директор бани
Пишет Talie:
20.03.2014 в 09:52
Только что увидела одно фото БГ (с пояснительной запиской: "Самое большое удовольствие для меня — сидеть в теплом солнечном месте, выпивать и болтать с друзьями";)
URL комментария

17:22 

вот кстати да

мятежный директор бани
03.10.2014 в 11:54
Пишет Ierou:

Выродилась умная мысль.
Или не очень умная.
Украинский кризис, помимо того, что показал, на что годятся все и всяческие международные правовые нормы (исключительно для того, чтобы строем ходить на хрен), окончательно продемонстрировал, что информационное пространство полностью утратило смысл своего существования.
СМИ врут все - и наши, и украинские, и западные и восточные. И потому верить нельзя никому. И даже данных для того, чтобы проанализировать и отделить зерна от плевел, недостаточно (на самом деле - вероятно, и достаточно, но по времени затраты будут офигенными).
В итоге, самой достоверной становится информация вида "У блоггера А там троюродная пратетушка, так вот она пишет, что..."
То есть, слухи и сплетни достовернее, чем средства массовой информации, в разы. И зачастую оказываются правдивее.
А СМИ, в итоге, годятся только на то, чтобы охреневать от царящего там абсурда, да почитывать статейки о светском этикете. И то, статейки пишет дура, которая не знает, что по правилам поведения за столом хлеб нельзя в руку брать и от куска есть.
Вот и получается, что агентство ОБС - самое правдивое, честное и своевременное.
Вопрос "нахера тогда нужны остальные СМИ" даже открытым не остается. Все перевернулось: как нынче спрос под готовое предложение формируют, так и информация не доносит зрелище картины мира, а формирует ее.
Бесит, блин!

URL записи

17:06 

мятежный директор бани
и ты, зоогеографическая, огромная карта мира
тоже против меня!

17:04 

мятежный директор бани
http://archive.diary.ru/~24268/

ахахаха
молодост молодост

19:11 

мятежный директор бани
Не поцеловать, губами не дотянуться

Станислав Львовский


Ахилл говорит Черепахе: повремени, ну повремени, ну погоди, повернись ко мне, поворотись, вернись, не ходи к воде, не уходи и не уводи меня за собою, я не пойду, остановись, посмотри – я падаю, подойди, подай мне воды, ляг со мной на песок, дай отдышаться, меня ведет, у меня в груди не умещаются выдох-вдох, пощади, – говорит Ахилл, – потому что я практически на пределе, пощади, дай мне день на роздых, день без одышки, день говорить с утра о малостях, жаться к твоей подушке, день отвезти тебя к стоматологу, прикупить одежки, день ухватиться за руки, когда лифт качнется, день не бояться, что плохо кончится то, что хорошо начнется. День, – говорит Ахилл, – только день – и я снова смогу держаться, только день, – говорит, – и мне снова будет легко бежаться, будет как-то двигаться, как-то житься, как-то знаться, что ты все еще здесь, в одной миллионной шага, в ста миллиардах лет непрерывного бега, – ты еще помнишь меня – говорит Ахилл, – я вот он, вот, задыхаюсь тебе в спину?

Черепаха говорит Ахиллу: слушай, ты чего это, что такое? Все нормально, гуляем же и гуляем, что тебя вдруг пробило? Посмотри, какая ракушка, посмотри – соляная кромка, а давай дойдем до воды, скоро можно будет купаться, скажем, через неделю. Слушай, посиди секунду, постереги мои туфли. Я хочу намочить ноги, думаю, уже нормально.

Ахилл говорит Черепахе: это ад непройденных расстояний, ад полушага, ад проходящего времени, следов от его ожога, ад перемен души, – говорит Ахилл, – и я все время не успеваю, не догоняю тебя и не забываю, какой ты была полторы секунды назад, какой ты была на предыдущем шаге, на перешейке, на прошлогоднем песке, на снегу сошедшем, вот что сводит меня с ума, – говорит Ахилл, – вот от чего я шалею, я пробегаю полдуши, чтобы оказаться душой с тобою, чтобы душа, – говорит Ахилл, – в душу, душа в душу, ты же переворачиваешь душу за этот шаг, и вот я уже дышу, как на ладан, а ты идешь дальше, даже не понимая, не понимая даже, и это, – говорит Ахилл, – я не в упрек, это, – говорит Ахилл, – я не имею в виду "не ходи дальше", это я просто не понимаю, как мне прожить дольше. Это так надо, я знаю, я понимаю, это иначе не может быть, но я хочу подманить тебя и подменяю себя тобою, какой ты была полторы секунды назад, но это же не обманывает никого, даже меня самого. Это бывает, такая любовь, когда не достать и не дотянуться сердцем, губами, воплями, пуповиной, не вообразить себя половиной и тебя половиной, но навсегда учесть, что воздух будет стоять стеною между тобой и мною. Я понимаю, – говорит Ахилл, – тут не может быть передышки и никакой поблажки, потому что это послано не для блажи и не для двух голов на одной подушке, но для того, чтобы душа терпела и задыхалась, но не подыхала, не отдыхала, и поэтому бы не затихала, и тогда, – говорит Ахилл, – понятно, что мне не положено отлежаться у тебя на плече, отдышаться, а положено хоть как-то держаться. Я не догоню тебя, – говорит Ахилл, – не догоню, это, конечно, ясно, не догоню – но наступит миг – и я вдруг пойму, что дальше бежать нечестно, потому что если еще хоть шаг – и я окажусь впереди тебя, ибо все закончится, завершится, и тогда еще только шаг – и ты останешься позади, и это будет слишком страшно, чтобы решиться, испытание кончится, все решится, можно будет жаться друг к дружке, есть из одной тарелки, в зоопарк ходить, и будет легко дышаться, только все уже отмечется и отшелушится, и душа вздохнет тяжело и прекратит шебуршиться. Никогда, – говорит Ахилл, – никогда, понимаешь, ни дня покоя, никогда, испытание, – говорит Ахилл, – это вот что такое: это когда ты гонишься, а потом понимаешь, что вот – протяни и схвати рукою, только зачем оно тебе такое? Все, что ты должен взять с этого пепелища, – это себя, ставшего только еще страшней и гораздо проще, все, что ты получаешь в награду за эту спешку, – это не отпуск с детьми и не пальцем водить по ее ладошке, но глубоко за пазухой черные головешки, горькие, но дающие крепость твоей одежке. Это я все понимаю, – говорит Ахилл, – но пока что у меня подгибаются ноги, сердце выкашливается из груди, пощади, – говорит Ахилл, – пощади, пощади, потому что я практически на пределе, пощади, дай мне день на роздых, день без одышки, пощади, ну пожалуйста, сделай так, чтобы я до тебя хоть пальцем бы дотянулся, ну пожалуйста, просто дай мне знать, что я с тобою не разминулся, не загнулся пока, не сдался, не задохнулся!

Черепаха говорит Ахиллу: Да прекрати же, пусти, ты делаешь мне больно!

(с)

21:58 

мятежный директор бани
"Позабыли взять в игру,
Им всё равно, что я умру" (с)

ну и так далее

21:54 

если кратко

мятежный директор бани
"Он не увидит знаменитой "Федры"
В старинном многоярусном театре..." (с)

"Я Старый Грегг!" (с)

"Пойду повешусь!" (с)


16:54 

о боги! это офигенно!

мятежный директор бани
12.09.2014 в 20:53
Пишет Торетти:

Тоторо!!!
12.09.2014 в 20:34
Пишет -Bait-:



URL записи

URL записи

21:19 

мятежный директор бани
В трамвае после девяти вечера так интересно. Пол сверкает необъяснимыми алмазными искрами – как будто его сперва заморозили, а потом слегка отшлифовали наждаком и присыпали снежной крупой. И пришельцев вечером больше – днём они как-то стесняются.

Девушка в жёлтых сандалиях поверх малиновых чулок; пальцы торчат из дырок, длинная, дивная юбка пахнет на весь трамвай сладкой затхлостью и лохматится в местах будущих прорех, на голове – капор с лентами, настоящий, линялый, нафталинный, слежавшийся по сгибам… и где только разжилась таким в нынешнее непростое время? И блузка, проведшая пару веков где-то в глухом сундуке. И плюшевая шаль с бахромой. И замурзанное личико из шляпных недр – без морщинки, без кровинки, не то цыганочка Земфира, не то бабушкина кукла из шифоньера.

Нет, кукла, конечно. Голосок совершенно кукольный, как в старом фильме про Буратино.
- Василий Кириллович? – и дышит на вынутый из кармана телефон, как будто хочет его оттереть от музейной пыли. - Василий Кириллович, я еду к вам губить свою жизнь!
И убирает телефон, и застывает на сиденье, и смотрит на окно чернющими от предвкушения глазами. Бедный, бедный Василий Кириллович!

А надо мной с двух сторон нависают бородатые парни с раскрытыми томами советской фантастики начала семидесятых - чёрно-белые обложки, изломанные линии, обломанные уголки... И меня как будто с двух сторон подключают к каким-то не то розеткам, не то каналам связи. Читающий в трамвае рядом с библиотекарем продлевает последнему жизнь, это научно доказанный факт.

Бабушка стоит возле дверей и смачно ругает вожатую за то, что трамвай идёт не туда, куда ей, бабушке, надо.
- Зачем вы так? Этот трамвай никогда не шёл до Шаболовки, - убеждают её пассажиры.
- А билет-то я уже пробила! - резонно возражает она и опять принимается ругаться.

А когда она выходит на следующей остановке, вожатая начинает с кем-то переговариваться – тоже по каким-то каналам.
- Зинуль! К тебе сейчас бабушка сядет – ты её посади бесплатно, ладно? А то билет она пробила, а села не в тот, ей «А» нужен, а я еду по третьему…. Не знаю, почему нету льготного – может, иногородняя? Но ты уж пусти её с боковой, ладно?

И через пару остановок опять:
- Зинуль, ну, что? Не села? Ну, надо же! Я прям волнуюсь… Как - чего? Темно, старенькая… Как бы опять не в тот не села! К тому же - иногородняя...

Из трамвая я выпархиваю, как на крыльях. Впереди меня порхает ещё одна бабушка – тяжеловато, но вполне бодро. Седенькая, интеллигентная, с ридикюлем. На крыше недостроенной церковки торчат какие-то мужики в спецовках, что-то к чему-то приколачивают в темноте и поют:

На земле не успели жениться,
А на небе жены не найдёшь!

– Ангелы, а не лётчики, - говорю я вслух.
- Точно, - узнаёт их и бабушка. - А вы тоже сразу именно это вспомнили?

Странный вопрос. Кто же именно это бы и не вспомнил на этой планете?




http://christa-eselin.livejournal.com/165355.html

01:48 

мятежный директор бани
ну что за жизнь
припёрлась со съезда добрых хиппи в Трансильвании где меня никто не полюбил
пост ненависти в адрес добрых хиппи воспоследует
сижу как дурак в Москве где меня может кто и любит а затусить всё равно не с кем
и домой ехать хрен его знает зачем потому что моя большая невменяемая любовь завтра съёбывает из Ростова и даже не говорит куда
возможно тут не последнюю роль сыграло то что она присматривала за моей бедной больной матерью и основательно заебалась на этом поприще
а я приеду только в воскресенье и её уже не будет
а я привезла ей прекрасных румынских денег и виски из дьютифри
какой тогда вообще смысл ехать
Ростов представляется мне каким то очень безрадостным и безлюдным местом
и ещё там мать и куча людей которым я должна денег
хотя и Москва чото тоже не блещет в этом смысле
хотя наверное это я сама не блещу

блин как грустно это просто ужас какой то


13:54 

мятежный директор бани
со дня на день буду в Москве так что если кто хочет спешно на меня посмотреть - присылайте ваши телефоны
и просто так присылайте
а то у меня тут личная жизнь принимала настолько странные и деструктивные формы что я за две недели последовательно проимела аж два телефона
и теперь у меня нет вообще ничьих контактов
вообще-вообще

18:53 

мятежный директор бани
Предположим, тебе удалось любимых собрать, и пусть это будет
Круглосуточный садик, район Новоленино, спальня, полночь,
В одеялах, лохматые, сонные, близкие тёплые люди
Все, которых ты помнишь, такие, какими помнишь.

Вот такая твоя механическая отрада:
В чёрной комнате ненаглядные и невидимые шепчут:
«Как дела? Что печальный такой? Может, что-нибудь надо?»
Отвечаешь: «Да я не печальный. Кроме вас, ничего не надо.
Мне гораздо уже легче».

Четверговая соль просыпается с улицы в тонкие щели
Неразумный ты мальчик, всё слушаешь и не слышишь
Под кроватями есть и пружина и, валик, и молоточки
Эти люди не дышат: солью никто не дышит.

Молоточек в подошву — спасибо на добром слове
тёплый шёпот слоями обугленной солью просыпан
Люди в коконах белых расселись у изголовья
«Мне гораздо легче уже. спасибо, спасибо».

Владимир Навроцкий

17:08 

мятежный директор бани
наверное она там уже красивая и в белом пальто

Цветник женщины умевшей выпивать :)

главная